ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ VI.

Крым

  1. Путешествие на гору Ай Петри

На попутной машине мы долго поднимались по узкому серпантину дороги и к середине дня, наконец, достигли вершины. Погода стояла замечательная. Лишь ветер, радующийся открытому простору, пронизывал, но ни у одной и нас не было с собой ни куртки, ни кофты, – все материальное осталось там, внизу. Нас согревало звенящее хором кузнечиков пространство, чистое лазурное небо, цветущие изобильные и благоухающие луга. Мы так увлеклись этим местом, что совершенно забыли, когда уходит в город последний автобус. Так, видимо, нужно было судьбе. 

Определив по карте, что вниз ведут две дороги, – та, по которой мы поднимались, и другая, ведущая в городок Бахчисарай, – мы выбрали вторую и решили, что пешком до утра как-нибудь спустимся с этой горы. Почти радуясь приключению, четыре смелые подруги отправились по танцующей ленте серпантина в свой путь. Закат, между тем, с каждым шагом сменялся темнотой ночи.

 

Из-за поворота блеснули фары, и на хорошей скорости мимо нас проехал открытый, военного типа джип. Потом зажглись красные фонари, и мы поняли, что машина останавливается. Двое мужчин – огромные, атлетически сложенные, в напоминающей форменную одежде (охотничьей, как мы узнали потом) - уверенно подошли к нам и поинтересовались, что девушки делают ночью на этой дороге.

Переглянувшись, услышав наш ответ, они выдали нам следующую инструкцию. Здесь много зверей, - есть хищники, рыси и другие ночные жители, которыми нас не станут пугать. Идти пешком в темное время суток опасно. Если проедет какой-нибудь запоздалый автобус, мы должны обязательно на нем уехать. Если нет, то они сейчас съездят за попавшимися в силки куропатками и на обратном пути могут забрать нас в свой охотничий домик. Там можно безопасно переночевать, - в тесноте, да не в обиде. 

Мы снова остались одни, только теперь на этой совершенно черной  петляющей над бездной дороге нам было не только холодно, но еще и страшно. И когда снова зашумел двигатель и вдалеке показались знакомые фары, на душе стало легче и радостнее, хотя принять предложение о ночевке в охотничьем домике тоже могло быть опасно.  

Съехав с асфальтовой дороги на проселочную, джип, перекатываясь и подпрыгивая, ехал через луг. Со звуками «ух» и «ах», но улыбаясь, мы тряслись в открытом кузове, крепко держась за поручни. Наконец, на самой вершине горы фары высветили из кромешной тьмы маленький треугольный домик. 

Такие домики раньше часто встречались в садоводческих хозяйствах. Войдя в низкую дверь, мы оценили ситуацию - одна комната, перегородка от кухни, огромный лежак. Заметив наше волнение, мужчины заверили нас, что для этого нет никаких оснований. Напряжение, конечно, от этого не исчезало, зато мы отвлеклись, получив неожиданную работу. 

Это было в первый раз в моей жизни – с только что пойманных куропаток нам нужно было снять перья, чтобы приготовить ужин. Еще теплое и нежное тело куропатки я чувствовала в руке. Это было что-то невозможное – ощипывать эту красивую одежду с недавно еще живого существа, которое должно было стать нашей пищей. Переглядываясь между собой, мы без слов понимали, что делаем что-то невыносимое. Новое, пронзительное переживание, что еда и жизнь вот так взаимосвязаны, настолько близки, как-то не складывались в единую картину с идеалами красоты и девичьим романтизмом. 

Наши спасители вытащили бидончик местного вина и налили каждому по стаканчику. Оно было приятным и в какой-то степени помогало делать то, что нам было поручено, с этими прекрасными птицами, которые постепенно становились просто тушками питательного мяса. 

Свою работу мы выполнили прилежно. Мужчины, тем временем, разогрели воду, - у них все было налажено, как по часам; процесс готовки происходил безупречно. 

Когда ужин был готов, в уютной тесноте мы сидели за круглым столом. Маленькие мисочки, помещающиеся в две ладони, были у каждого. В них был наваристый бульон с кусочками куропатки. Очень хотелось кушать, и все-таки… ни одна из нас не смогла взять в рот ни ложки этого чудесного ароматного бульона. Мужчины были удивлены: мы просто не смогли это есть. 

Уже накатывалась усталость, и все наше девичье напряжение мгновенно снялось, когда мы услышали, что домик будет для нас, мы тут останемся вчетвером, а мужчины будут спать в машине, потому что утром им нужно ехать за следующим уловом куропаток. И какая-то новая оценка относительно мужского мира, приятная и светлая, зародилась, наверное, в каждой из нас.

Мы безмятежно заснули и даже не услышали, как уехала машина. Встали мы, когда солнце уже освещало горный горизонт, и лучи его мягко ложились на поле на вершине горы. Это поле светилось фиолетовыми цветами. Все вокруг, абсолютно до самого горизонта, было одно фиолетовое цветение. Это были местные эдельвейсы. Первый раз в жизни я видела бесконечное поле расцветающих эдельвейсов на рассвете, в первых лучах солнца. 

И еще сильнее стала благодарность этим двум мужчинам, сделавшим нам праздник жизни и усилившим в нас веру, что человеческие отношения – они всегда прекрасны. Искажения, - да они случаются, но это не есть норма, это выражение какой-то боли, болезни в человеке. 

И мы не могли сдержать своего восторга от этого события, от этого поля, этого рассвета. Мы танцевали, кричали и пели, чувствуя свободу и какой-то новый смысл для своей внутренней жизни, своей женской жизни. Что-то прекрасное случилось в это утро для каждой из нас. Так, принципом жемчужины складывался опыт и знание о мире, о себе, о людях.

Вскоре вернулись наши друзья, еще раз в шутку спросили, не поедим ли мы супа из куропаток. Они уже понимали, что суп так и останется не попробованным. Мы выпили только по чашечке кофе и четко по расписанию дошли до автостанции, где сели на первый автобус и благополучно спустились в маленький городок Бахчисарай. 

 


Твори, Живи, Люби!

Текст - "ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ VI." - Виргиния Калинаускене


"ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ V."

"ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ IV."

"ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ III."

"ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ II."

"ВКУС ЭПОХИ. ЧАСТЬ I."